Эммануэль — Эммануэль Арсан

Список книг автора можно посмотреть здесь: Купить и скачать эту книгу
Загрузка...

И звезда появилась, маленькая щепотка металла, брошенная человеком в пучину мироздания. И новый век, начавшийся с этой минуты, – он наш. Отныне пусть погибнет наша Земля и человечество исчезнет – вечно будет кружить в глубинах космоса звезда, сделанная нашими руками, произносящая слова на нашем языке, переворачивающая, разрушающая своим «бип-бип» все холодное молчание Вселенной. О вы, звезды Альфа, отмечающие своими огнями нашу победу, это любовь вытягивает свои обнаженные ноги на ваших берегах!

Марио закрыл глаза. Пауза была долгой, а потом он снова заговорил, и снова изменился его голос.

– Вы сказали «искусство»? Самое артистичное произведение – это то, которое отстоит как можно дальше от образа Божия. Ах, все, что создал Бог, значит так мало в сравнении с человеческим творением! Как она стала прекрасна, наша планета, с тех пор, как мы наполнили ее пустоту, с тех пор, как мы взъерошили ее нашими стеклянными дворцами и заставили дрожать ее воздух от звука наших песен! Как прекрасна она, исторгнутая из Божьего мрака светочем Человека! Какой удивительной сделали ее вы – музыканты, скульпторы, живописцы, архитекторы – все, превратившие землю и небеса в Царство Человека, слишком прекрасное, чтобы считаться созданием Бога!

Марио смотрел на Эммануэль так, будто на ее лице он видел все красоты, которым только что пропел такой пламенный гимн. Он улыбнулся ей:

– Искусство! Разве не благодаря ему четверорукое существо выделилось из дикого мира и превратилось в человека? Единственного во Вселенной, единственного, кто оставит после себя больше, чем получил при рождении. Но теперь искусства красок, звуков и линий мало, чтобы утолить жажду человечества, страсть к созиданию. Теперь человек хочет творить из других материалов – из собственной плоти и собственной мысли, подобно тому, как когда-то он соткал из своих сновидений апсар и гурий. Нынешнее искусство не может быть искусством холодного камня, бронзы или холста. Оно может быть только искусством живого тела, искусством жить. Единственным искусством, которое будет мерой человека в космосе, которое уведет его к звездам и дальше, будет эротизм.

Выразительный голос Марио взбадривал Эммануэль, как удары хлыста.

загрузка...

– Есть ли, спрашиваю вас, искусство более острое, более яркое, чем то, которое берет человеческое тело и делает из этого произведения природы свой собственный шедевр? Легко созданное из мрамора или путаницы штрихов не может оспаривать авторство у Вселенной. Но человек! Взять в свои руки не как гончарную глину, не для того, чтобы почувствовать строение, ощупать контуры вещества, не для того, чтобы любить, но взять именно для того, чтобы похитить его, увести от этого дурацкого ощупывания скорлупы, в которую он заключен, вырвать из нее, отбросить привычную точку зрения, изменить, как у лабораторного животного, наследственность, пересоздать его! Сделать человека снова свободным, чтобы он познал новые, собственные законы, законы, которые управляют не молекулами и кометами, законы, освобождающие его от недостатка энергии и увядания плоти. Это даже не искусство – это сам Разум… Он быстро подошел к окну, выходящему на канал.

– Взгляните, – сказал он. – Пропасть не между живым и неодушевленным. Мир делится иначе: на знающих и на все остальное на свете. Этот полицейский и эта собака – они не отличаются от дерева и водорослей, которые точно такие же, как вода и камень. Но другие, посмотрите на них, украшенных своими лохмотьями, на тех, кто гребет в лодках или размышляет о чем-то, с их упрямством, с их короткими волосами, с их скрещенными пальцами… Вот человек! Надо неистово любить человека, чтобы уметь ненавидеть природу!

И почти неслышно он прошептал: «Люди, люди мои, как я люблю вас, идущих в такие дали…»

Чуть ли не с испугом Эммануэль спросила:

Загрузка...

– Значит, единственная для вас любовь – это любовь вопреки природе?

Она постаралась смягчить вопрос улыбкой, хотя и без этой предосторожности он не мог уколоть Марио, поток слов не остановился:

– Это прописная истина. И плеоназм. Любовь всегда – вопреки природе. Она антиприродна по сути. Это бунт против мирового порядка. Стать человеком – это значит с веселым смехом убежать из рая, натянуть нос Господу Богу.

– И вы называете все это моралью, – усмехнулась Эммануэль.

– Мораль – это то, что делает человека человеком, а не оставляет его связанным, пленным, рабом, евнухом или шутом. Ведь любовь изобретена не для унижения, не для закабаления, не для того, чтобы морщиться от отвращения. Это не кино для бедных, не транквилизатор для нервнобольных, не развлечение, не игра, не наркотик, не погремушка для ребенка. Любовь, искусство плотской любви – единственная человеческая реальность, это подлинное пристанище, твердая земля, единственно истинная часть жизни. Вспомним слова Дон Жуана: «Все, что не любовь, находится для меня в другом мире, в мире призраков. Я становлюсь человеком только тогда, когда меня сжимают в объятиях». Этот его возглас услышан и понят многими. Вы, кажется, сказали «аскетизм»? Для некоторых индусских сект эротизм связан с аскетизмом, аскетизм для них обязателен.

Загрузка...
Бесплатно читать онлайн Эммануэль — Эммануэль Арсан